И всё же Лоранс. Рецензия
Не похожий на тебя, не похожий на меня
Молодой человек по имени Лоранс встречается с весёлой девушкой, преподаёт в престижном учебном заведении и питает нездоровую страсть к женской одежде. Вскоре он не выдерживает внутреннего напряжения и сообщает своей подруге Фред, что он больше не может жить в своей шкуре и хочет стать женщиной. С этого момента в жизни молодой пары наступает нелёгкий этап.
Ксавье Долан, 24-летний многообещающий режиссёр, сильно смахивающий на хипстера, за свою пока что недолгую карьеру снял целых три полнометражных фильма, которые были довольно тепло приняты на разнообразных кинофестивалях, в том числе и на престижном Каннском. Секрет, конечно, в том, что Ксавье снимает кино либеральное, не отягощённое какими-либо рамками и запретами. Как можно уже догадаться, основная тема его картин – нетрадиционная ориентация и вызов консервативному обществу.
Его «Воображаемая любовь» в своё время отхватила несколько престижных призов и была расхвалена разнообразными хипстерскими сообществами. Это неудивительно, ведь в картине герои много и картинно курят, маются дурью и неестественно бьются в любовной лихорадке. В «Воображаемой любви» акцент делается на эстетике, а не на содержании. Откровенно говоря, эта лента напоминает холодную полумёртвую рыбу с красивой чешуёй, которую так и хочется распотрошить, чтобы она хоть как-то расшевелилась. В третьей картине Долана «И всё же Лоранс» выхолощенная эстетика органично сочетается с повествованием, изысканное построение кадра идеально контрастирует с истерией, оживлённость переплетается с пассивностью.
«И всё же Лоранс» – не о гомосексуализме, это фильм о транссексуале, то бишь о мужчине, в котором возобладают феминные качества. Звучит любопытно, но на деле куда интереснее наблюдать за душевным состоянием подруги главного героя, нежели за его преображением. Сюзанн Клеман посредством своей эмоциональности и мимики затыкает за пояс всех задействованных артистов. Да и все основные визуальные фишки Долана так или иначе связаны с ней – особенно стоит отметить стильную сцену неформального бала (Клеман буквально парит в воздухе, затем скидывает с себя роскошную накидку и начинает кружиться в безумном вихре наваждения) и совершенно дивную сцену с падающими с неба предметами гардероба.
Картина охватывает определенный временной промежуток. Это время, когда запад начал раскрепощаться, а такие как Лоранс прекратили прятаться от самих себя и общества. «Libero!» – звучит из всех щелей. Конечно, подобного рода фильмы нашему зрителю ещё долго не будут понятны, у нас совсем иные взгляды и культура. А на Западе всё непривычно легко: вот Лоранс переодевается в женщину, а на него только снисходительно поглядывают и даже не пытаются оскорбить или унизить; вот его увольняют с работы, а ему хоть бы что – он ведь может прекрасно прожить на пособие и наконец заняться своим многострадальным произведением; вот его бросает девушка, но он довольно скоро находит себе красивую блондинистую замену, терпимую к его причудам. Проще пареной репы. Впрочем, здесь кино уже ни при чём, наверное, всё дело в пресловутой ментальности.
Вердикт: фееричная и достаточно растянутая фестивальная мелодрама, которая не слишком трогает за живое, но, безусловно, увлекает визуальной составляющей и неординарной историей любви.
«Не хотелось бы быть таким нар Ксавье Долан о фильме «И все же Лоранс», начале 1990-х и предубеждении против тр
В прокат выходит третий фильм канадского вундеркинда Ксавье Долана (первый он снял в 19 лет) — про преподавателя литературы Лоранса (Мельвиль Пупо), который любит женщину, но хочет стать женщиной сам.
— Правда, что у вашего главного героя был реальный прототип?
— «Лоранс», кажется, сильно отличается от ваших двух первых работ. Или нет?
— Все мои фильмы — о невозможной любви. Первый — о невозможной любви между матерью и сыном. «Воображаемые любови» — о невозможной любви двух друзей, мужчины и женщины, к парню, которого они оба хотят, а он их не очень. А «Лоранс» — да, он о невозможной любви между двумя взрослыми, один из которых не может определиться с выбором пола.
— При этом вы впервые у себя в главной роли не играете.
— В этом фильме я продюсер, режиссер, автор сценария, монтажер, дизайнер по костюмам. Даже буклет для Каннского фестиваля сам сделал (в 2012 году фильм принимал участие в каннской программе «Особый взгляд». — Прим. ред.). Но роли для меня не нашлось. Главное — не врать себе. Можно было бы что-нибудь придумать, вписать еще одного персонажа, но мне просто сама история не позволила себя туда вставить. Теперь, правда, ощущение такое, что я сам там снимался, причем во всех ролях. Я играл вместе с актерами. Трещал без перерыва. Комментировал каждое их движение, говорил: «А можешь сейчас лоб потрогать? А на подоконник облокотиться? Чихнуть можешь?» Наверное, я был невыносим. Мне все время больше всех надо.
— Лоранса должен был играть Луи Гаррель. Почему вы его заменили на Мельвиля Пупо?
— Не хочу сказать ничего плохого о способностях Гарреля. Возможно, я его просто с кем-то перепутал. А может быть, это был неподходящий момент для нашей встречи.
— Каково это вообще — все время снимать о себе и потом рассказать историю другого?
— И под «Bang Bang» Нэнси Синатры, как в «Воображаемых любовях».
— Мне часто говорят, что мои фильмы — «это слишком». Но для меня кино — способ делиться с миром своими открытиями. Какой смысл делать что-то, если не делать ярко? Слышу какую-нибудь песню, от которой все внутри сжимается, и думаю: «Надо ее куда-нибудь вставить». Не думаю, как это будет воспринято. В случае с «Лорансом» такой песней была «Fade to Grey» — она просто не могла не появиться в одном из моих фильмов.
— Вы упомянули костюмы, «Лоранс» же ваш первый костюмный фильм: действие происходит в другую эпоху, в начале 1990-х.
— Впервые мы видим Лоранса в 1989 году (по случайному совпадению — год моего рождения). Мне кажется, это идеальный выбор эпохи, если вы собираетесь снимать о человеке, который хочет поменять пол. Тогда и предрассудки относительно геев стали развеиваться, и паника по поводу СПИДа пошла на спад. Рухнула Берлинская стена. Обескураженному миру была предложена возможность свободы. Лорансу уже за тридцать, но для него это хороший момент, чтобы наконец решиться. Ответить себе на вопрос «Кто я?».
— И вот он решается, но быстро понимает, что трансгендер — одно из последних табу в обществе, которое вроде бы уже освободилось от запретов. Он за свой идеализм платит огромную цену. И Лоранс, и даже его девушка готовы к радикальным переменам, а общество — нет. Друзья — нет, родственники — нет. Куда бы они ни пришли, им везде фигово.
— Частный проект Лоранса не состоялся, а как насчет общества, которое тогда стояло на пороге освобождения?
— Новый век и новое тысячелетие — это было как обещание чего-то большего. Тогда казалось, что мы движемся по пути социального прогресса. Но и сегодня даже у самых продвинутых людей есть сильное предубеждение против трансгендеров. Оборачиваясь назад — далеко ли мы в этом плане ушли за двадцать лет? Недалеко.
«Все мои фильмы — о невозможной любви»
— Вы упомянули фильмы про супергероев. Смотрите их?
— Не могу сказать, что я девственно чист в плане голливудского кино. Нет, оно меня волнует. Честно говоря, если я сам иду в кинотеатр, то только затем, чтобы хорошенько проветрить голову. Отвлечься и развлечься. Ну не хочу я там изучать содержимое чужих замороченных мозгов и читать субтитры. Субтитры я читаю дома, причем постоянно. А в кинотеатре — чистое развлечение, которое или удалось, или отстой.
— Вы бы могли работать в Голливуде?
— В Америке так все живут. Сначала независимый дебют, потом слава, потом работа — и через десять лет тебе разрешат снять большой-пребольшой фильм по собственному сценарию. Я так не хочу. Не хочу снимать на студии, хочу, чтобы студия сама дала мне денег, а я бы придумал, как ими распорядиться. Но сейчас просто рано еще.
— Каким мог бы быть ваш студийный фильм?
— Что-то вроде «Бэтмена» Кристофера Нолана. Или вроде «Мстителей». Или фильм как «Титаник», только про крушение лайнера «Коста-Конкордия». Я бы там такого нарежиссировал, было бы круто. Снимал бы с огромных кранов, ассистенты бы так и бегали.
— А звезду какую бы взяли?
— Позвал бы Тейлора Китча. Он крутой, и у него такие глаза, мне кажется, в них можно прочитать: «Эй, я ведь не просто модель Calvin Klein». В нем есть что-то большее — и это явно надолго. Китч не однодневка.
— Но четвертый фильм вы снимаете все еще в Канаде.
— Да, это адаптация пьесы драматурга из Квебека, Мишеля Марка Бушара, называется «Том на ферме». Там про гея, его зовут Том, у него умер возлюбленный, и он переживает тяжелую депрессию. Едет в деревню к родственникам друга — там такой брутальный брат, — и вдруг понимает, что они понятия не имели ни об их отношениях, ни об ориентации покойного.
И все же Лоранс / Все еще Лоуренс / Laurence Anyways (2012)
2012. Канада / Франция. 161 минута.
Жанр: драма.
В главных ролях: Мельвиль Пупо, Сьюзан Клеман.
В ролях: Натали Бэй, Монья Шокри, Ив Жак и др.
Неожиданно интригующий фильм о невозможной любви, который одновременно делают цепляющим и которому вредят хипстерские замашки Долана. Когда я увидела отрывок «бал», поняла, что должна это посмотреть целиком — пик отчаяния, поданный раздражающе красиво. Почти голая Фред в светящемся платье идет среди кучи фриков под Fade of grey. Она напивается так, будто отправляется на битву, после отдается первому встречному. Это манифест, это поражение. История показалась мне великолепной — в паре влюбленных друг в друга людей мужчина решает поменять пол, а женщина говорит «я теперь буду твоим мужчиной».
В фильме Долана хорошо то, что он пользуется понятным и близким мне языком, — языком модного интеллектуала, слушающего правильную музыку. В фильме Долана плохо то же самое — он слишком готов любоваться собой, продлевает истерики, работает клипмейкером там, где стоит работать режиссером. Но все равно «Лоранс» — самая интересная премьера первой половины 2013.
Преподаватель литературы Лоранс решает изменить пол, о чем сообщает своей подруге Фред. У них с Фред — любовь, они даже вместе курят коноплю, как подростки, и составляют списки, потому что очень близки. Грядущая смена ролей ощущается уже на уровне имен. Порывистая Фред решает поддержать Лоранса, который отправляется в колледж в женском костюме (довольно крутая сцена), но вскоре съезжает с катушек. Оказывается, что любовь способна преодолеть не все. Фильму смело можно было бы ставить 5, если бы главную роль играл брат из группы Knife, а так желание изменяющего пол мужчины сохранить любовь рыжей Фред кажется издевкой. Все-таки из красивого мужчины превратиться в на редкость угловатую и уродливую женщину — это не победа. В фильме отменное начало:
У Долана есть талант подмечать, как люди обманывают и за какими щитами скрываются, что он блистательно продемонстрировал в пустоватых, но правдивых «Воображемых любовях». Эмоциональный мир он отображает с помощью мелких жестов, слов, поступков, — все выглядит так, как будто среди людей находишься и наблюдаешь их ты. Фред готова для Лорана на многое, и главным героем здесь выступает она. Актриса Сюзанн Клеман выдает целую бурю — от ожесточенной решимости до депрессии, от попытки замаскироваться под домохозяйку — до бунта и постижения цинизма. Интересно, что Лоранс, который подвергается крупнейшему изменению, которое можно представить, остается в этом смысле почти статичным. «Мне нужен мужчина!» — кричит Фред, хотя любит Лоранса, а он не понимает, что, приближаясь, только делает хуже. Ты вполне можешь любить кого-то исступленно и безумно. Кого-то, с кем рядом становится только невыносимо.
Не знаю, как Долану удается добиваться такого нерва в истории. Некоторые люди смело говорят, что важна личность, а не пол. Но насколько далеко можно реально зайти? Ты будешь постоянно желать что-то, что уже потерял. Если вдуматься, невероятно дикая, мучительная ситуация. От тебя как будто сбежали, оборотившись волком. Этот тот же самый человек, но в то же время он и — волк. А ты не любишь волка. Что заставит человека свободных нравов увидеть барьер, ощутить противоестественность?
Но изрядно портит накал размышлений то, что Долан никак не может забыть о себе. Там, где он это делает, фильм становится блестящим. Там, где он снова повторяет собственные проблемы с матерью из дебютного фильма или увлекается фрик-шоу (которого для темы все же невероятно мало), линия проседает. Он длит картину так долго, что ты успеваешь поседеть. Кажется, тебя хотят подселить в жизнь Фред и Лоранса до их старости, причем в реальном времени. Но местами дико здорово.
И все таки лоранс
Год: 2012
Страна: Канада, Франция
Режиссер: Ксавье Долан
Cценарий: Ксавье Долан
Оператор: Ив Беланже
Композитор: Нойя
Жанр: драма, мелодрама
Премьера: 18 мая 2012
Время: 161 мин.
В ролях:
Мельвиль Пупо
Сюзанн Клеман
Натали Бэй
Монья Шокри
Сьюзэн Алмгрен
Ив Жак
Софи Фочер
Сюжет:
История любви между мужчиной и женщиной, ставшая невозможной после того, как мужчина решает сменить пол.
Документальное что ли?
Ксавье Долан заметно вырос в сравнении с предыдущими его работами.
Вместе с аналитическим подходом и тонким изучением темы, пропала привлекательная наивность и «свежий» взгляд.
Картина довольно привлекательна, но уступает двум другим работам Долана.
все же красивый и неожиданный, хотя и не настолько как этот A New Error (by Xavier Dolan) потому что это лучший кусочек Долана вообще
| Долан это какая-то травестийная версия Годара, либо молодой канадский Альмодовар |
ага-ага, киваю.. сей кусочек тоже крут неимоверно