«Люди реально любят нефть!»: DJ Smash о нулевых, EDM и кризисе
Чтобы полностью покрыть весь спектр электронной музыки в рамках тематической недели, «Волна» не игнорирует и самую массовую нишу. Автор «Moscow Never Sleeps» и изобретатель ретрохауса поговорил с «Волной» о англоязычном EDM-альбоме «Star Tracks», конце гламура и том, как диджеи снова стали звездами.
— Это было абсолютно неосознанное решение, просто совпадение. Как и сейчас, когда я за последние полтора-два года переформатировался на иностранные рынки — я же не мог никак предвидеть то, что произойдет. То есть у меня был какой-то всплеск патриотизма в нулевых, который я проявлял в своем творчестве, а сейчас понял, что для меня в первую очередь важны новые рынки. И вот только тогда все совпало, я мог все сделать и на год раньше даже. У меня были партнеры, инвесторы для этого выхода — тогда в проект мы вложили, по-моему, около миллиона долларов за 2007-й, за год до кризиса. Я почему-то момент старта оттягивал — нужно было накопить больше сил, музыкального материала: я понимал, что если выходить в народ, то нужна сразу очередь потенциальных хитов — и когда они появились, все получилось, как я рассчитывал. А предполагал ли я, что гламур кончится именно тогда — естественно, не предполагал. Я был поглощен музыкой, не интересовался котировками. Мне было двадцать четыре года, а что в двадцать четыре года происходит в голове у молодого композитора? Веселье, тусовки, мы жили сегодняшним днем.
«Moscow Never Sleeps», первый хит Смэша, с которым он выстрелил в 2007-м
— Там творилось, конечно, безудержное веселье. Абсолютное… Мне сложно даже подобрать слова. Сейчас это, конечно, кажется вопиющим — такое отношение к деньгам, а тогда стол в «Дягилеве» стоил десять тысяч долларов, и таких столов было там четыре. Назывались «королевское ложе» или ложе «Империя», не помню точно. А, «имперская ложа»! В общем, даже на них очередь была — то есть они всегда были заняты. Причем если ты платил деньги за эту ложу, это далеко не всегда было гарантией попадания в клуб. Потому что Паша Фейсконтроль заворачивал на входе практически каждую третью компанию, которая приходила. Им просто выносили деньги, сразу отдавали. А когда уже прошел такой сильный ажиотаж, через год-полтора после открытия, Паше говорили: «Ну не надо, не делай этого». А он принципиально стоял на своем. Ну и вот, в итоге клуб сгорел. Хорошо, что сгорел не в рабочее время, была бы братская могила просто. Там не было никакой системы безопасности, все из папье-маше. Красиво — при выключенном свете, а при включенном сразу все было понятно.
— Нет, там все были на диком позитиве.
— Во-первых, я был единственным, кто писал свою музыку. У меня всегда был свой материал. Во-вторых, я был единственный, кто быстро схватывал тренды. То есть я всегда схватывал на лету все, что происходило. Меня сначала ставили на время похуже, на какие-то вторые танцполы, на задворки. Но я быстро оттуда выбрался, потому что менеджмент и владельцы клуба проводили тесты по продаже алкоголя в барах, а еще уход людей отсчитывали, отток. С аналитикой все было очень профессионально, в общем. И они выяснили, что во время моих сетов куда лучше продается алкоголь и никто не уходит.
И конечно, как не вспомнить песню «Волна»
— Не так. Я приехал в Москву в восемнадцать лет и работал на студии аранжировщиком. Студия называлась «Депо», находилась в подвале на «Павелецкой» и профилировалась в основном на шансоне. Я никого не знал, кроме трех человек, работающих на этой студии, в Москве у меня не было абсолютно никаких связей, ничего. Но я занимался музыкой с семи лет и с двенадцати уже писал электронную музыку. Поэтому сразу стал писать аранжировки. И вот на этой студии «Депо» меня все тормошили, чтобы я начал писать шансон. А меня от него тошнило, я не мог это делать. И говорю: «Давайте я буду делать ремиксы на шансон».
— А я, к счастью, не подписывался. До сих пор никто не знает, что они мои. Но я их сделал десятки, если не больше. И спрос был громадный. Тогда и подумал: вот тема — ремиксы. Мне всегда нравилось их делать: свое видение, своя интерпретация чего-то общепринятого и известного. Тогда я в «Шамбале» с подачи Горобия (Алексея Горобия, открывшего «Шамбалу». — Прим. ред.) предложил: «Давайте делать ремиксы на русскую попсу». И все сказали: «Этого не будет, просто потому, что этого не будет никогда». Горобий и сам сомневался. Но я решил попробовать все равно. Получился самый первый ремикс, который реально стал хитом, — на песню Киркорова «Единственная моя». Вот тогда я понял, что это тема вообще. Еще не было ни «Летящей походки», ни «Маргариты» — это уже потом было, года через два-три. И благодаря этому ретрохаусу у меня появилась куча гастролей. Я уже вовсю летал как звезда, хотя никто еще не знал меня в лицо. И помню, что я в то время устанавливал какие-то ценовые категории для диджеев. То есть в то время диджеи не стоили больше полутора тысяч долларов за сет, я первый начал поднимать эту планку — и задрал ее до десяти тысяч евро за два года.
Ремикс на песню Киркорова «Единственная моя» — первая ретрохаус-удача Смэша, за которой уже последовали «Летящей походкой» и все остальные
— Знаете, просто ремиксы были крутые. Реально крутые. По жанру они были все в тренде той музыки, которая была актуальна на тот момент, плюс эффект неожиданности. Я все делал весело, там везде были приколы какие-то. Я смешивал несочетаемое — Белоусова с Бенни Бенасси. То есть играл на ультрановом и ультрастаром. У этого вообще не было шансов провалиться, потому что было все сделано на высшем уровне. Поэтому все восприняли. Были, как обычно, сначала недоброжелатели, говорили: «Что это за говно?!» Но их было немного, потом все-таки масса победила. Потому что показатель успеха — это в первую очередь деньги. И когда за мой музыкальный проект стали предлагать большие деньги, чтобы я только куда-то приехал и выступил, сразу и другие диджеи задумались. И уже через год все стали делать ремиксы на старые песни.
— Сейчас диджей должен быть все равно музыкантом. Не представляю появление нового диджея, у которого нет своего материала.
— Знаете, что изменилось? Изменилось качество звучания. Сейчас звучит громче, сжато больше и, естественно, что ничего нового не привнесено, кроме каких-то новых хороших композиционных работ, которые есть. Они на виду — у Дэвида Гетта, например, Deadmau5 вообще фантастический композитор. Skrillex — фантастический техник, а Deadmau5 — мелодист. У него такие гармонии, просто шопенские, зашиты внутри. Сейчас как раз начнется общий возврат к мелодизму — все-таки самый жесткий EDM формата Мартина Гаррикса точно свалится в небытие. Потому что жестче некуда уже. Теперь, по идее, должно быть перерождение диско.
— Вообще во всех. И EDM тоже должно переродиться в диско. Может быть, родится смесь диско и EDM в каком-то новом звучании. Я его как раз сейчас ищу вовсю. Думал, либо рок-перерождение должно случиться, либо диско — но скорее все-таки второе.
«Три желания», последняя на данный момент песня Смэша с «Винтажем»
— Ибица на самом деле очень сильно расстраивает. Она превращается в дорогостоящее шоу, за которое у тебя с каждым годом просят все больше платить. Она же всегда была Меккой музыки. Туда ездили люди, которые хорошо разбирались, были представлены все стили и направления в разных клубах. А сейчас Ибица все-таки с каждым годом настолько становится про деньги, что превращается в какое-то второе Сан-Тропе.
— Ну для моего бизнеса это только плюс — аудитория больше. Я же в принципе прогнозировал то, что это будет именно так. Что танцевальная музыка будет массовой — я говорил об этом еще десять лет назад, и что произойдет это именно так, а не иначе.
— Не знаю, текст-то писали ребята из «Comedy Club», а я только музыку. Но, кстати, я тут ради интереса смотрел на днях, что там в связи с этой историей с котировками происходит с песней, оказалось: если набираешь в ютьюбе просто «я л», то он сразу подсказывает: «Я люблю нефть». То есть люди реально любят нефть! А если просто «я» написать, то седьмой результат. Это же все юмор. Хотя уже, правда, совсем не смешно.
«Пока в России есть нефть, в Милане есть я; если в Милане я, значит, в России — нефть», — говорит лирическая героиня совместной песни двухгодичной давности Смэша и «Comedy Club», совершенно не подозревая, что случится и с ценами на нефть, и с отношениями России с Европой
— Надеюсь, в общем, что будет опять смешно.
— Могу сказать, что действительно сейчас все сильно зашевелились. Мы открыли недавно с партнерами ресторан Selfie, и там встал острый вопрос с мясом: оно было австралийское, американское, и больше его не было возможности импортировать. Тогда начали искать поставщиков российских, которых раньше не было вообще, а сейчас у нас прошло уже несколько встреч и тестов. Так вот, могу сказать, что мясо это круче, чем которое мы покупали за границей. Свежее и качественнее, раньше такого вообще не было. Так что, думаю, все эти события сегодняшние станут сильным катализатором для того, чтобы что-то стали делать у нас. И сейчас большинство россиян знают на себе, что такое качество, ниже не пойти. Европа нас подтянула хотя бы к какому-то качественному уровню, к которому уже привыкли; сейчас начнется ломка — и придется самим соответствовать.
— Да. Я его сейчас выпускаю в Австрии, Швейцарии, Германии, Франции. У меня больше половины выступлений за границей. Причем из них больше половины на западную аудиторию. На следующей неделе у меня два концерта в Лондоне и я встречаюсь с лондонской компанией, с которой сотрудничаю, чтобы выпуститься и там. А почему бы и нет? Практично иметь разные рынки. Здесь я поставил себя достаточно четко — что бы я ни сделал, все равно выше себя здесь уже не перепрыгнуть. Хоть я запишу еще десять дуэтов с русскими звездами.
«Break It» с нового альбома «Star Tracks» — типичный EDM образца 2014 года
— Ну у меня есть сейчас второй проект сторонний, уже год им занимаюсь, но пока пришлось отложить. Этот альбом очень непростой был, это совсем новое — работать с Западом. Там соавторы, продюсеры и так далее — все они иностранцы.
— Вообще нет. Просто мы где-то встречались. С Крейгом играли на вечеринке в Монако в позапрошлом году, она была посвящена «Формуле-1». Играли вместе. Я к нему подошел, сказал, что я классный русский диджей, предложил поработать. А он очень любит Россию, потому что у него здесь много корпоративов. Мы даже шутим, что Крейг Дэвид, Ван Дамм и Стивен Сигал снимают где-то квартиру.
— Просто делаю музыку для души. Синтипоп какой-то получается.
— Аудитория у них постепенно набирается. Мне, кстати, нравится их творчество. Странно, почему оно еще не стало массовым.
Мёрзнут лодыжки, и джинсы модель мам
Свистят покрышки, ещё один шрам
Придёт день, я точно заступлюсь за тебя
(Заступлюсь за тебя)
Кто дал им тачку ещё и права?
Мне на жвачку хватает едва
В один день я урою этих ребят
Мы найдём их охраняемый дом
И мимо доберманов скользнём
И холод прикоснётся к вискам
И вдруг по мозгам
Которых тут нет
И вдруг по мозгам
Споёт пистолет
И вдруг по мозгам
И вдруг по мозгам
Я видел улыбки и хотел упасть от них
Прям под землю, вниз, как таблетки в их крови
Вся твоя любовь разлетится на куски
Эй, погоди, я ворвусь
Зачем так много вилок у твоей тарелки — хватит, Бонита
Мы пахнем тут бензином, дорого-красиво
Да, я заряжаю эту суку в потолок, холодный курок
Смотри, я отпускаю твой долг
И вдруг по мозгам
Которых тут нет
И вдруг по мозгам
Споёт пистолет
И вдруг по мозгам
И вдруг по мозгам
Спокойная мелодия, которая отлично подойдет для вечерней прогулки по городу. Надевайте наушники и слушайте онлайн DJ Smash feat. Poët, T-Fest. Вы также можете скачать песню и вдруг по мозгам в исполнении DJ Smash feat. Poët, T-Fest в один клик. Пополняйте свой плейлист хорошей музыкой, которая всегда будет с вами.